Ученые предлагают план по борьбе с болезнью Х длительностью сто дней

У омикрона (линия BA.2), высокотрансмиссивного варианта коронавируса SARS-CoV-2, более 30 замен в спайк-белке. До сих пор неясно, когда и где возникла эта линия, указывает Шипулин. Это породило гипотезу о том, что вирус искусственно отредактировали. В недавнем отчете Центра по безопасности и новым технологиям при Джорджтаунском университете США проанализировали порядка семи тысяч статей, посвященных созданию (удалению) новых функций — gain/loss of function research. Пытаются менять такие характеристики патогенов, как скорость репликации, трансмиссивность, тяжесть симптомов, выживаемость в организме хозяина, устойчивость к лекарствам и вакцинам. Лидируют в этом направлении США, Китай, Япония, Германия, Великобритания.

Не стоит сбрасывать со счетов и возможность лабораторной утечки SARS-CoV-2. В Институте вирусологии в Ухане проводили, вероятно, gain of function research с коронавирусами летучих мышей при финансовой поддержке Национальных институтов здравоохранения США. По-настоящему тщательного расследования того, что там происходило, не было.

Между тем Шипулин напоминает слова академика Виктора Малеева: “Инфекция — это природная вещь, которая подчиняется своим законам. Зачем говорить о биооружии? Природа — самый большой биотеррорист”.

Зоонозные вирусы сейчас — главные кандидаты на роль возбудителя болезни Х. По подсчетам, в природе существует порядка полутора миллионов неизвестных патогенов, из которых более половины способны перейти в человеческую популяцию. Ученые из Франции и Германии полагают, что очередная пандемия, скорее всего, возникнет в регионах с высоким видовым разнообразием, поскольку многие животные — это природные резервуары для инфекции.

Особенно богаты на новые вирусы летучие мыши. Почему — пока неясно. Спасает то, что большинство зоонозных инфекций вызывает лишь спорадические заражения. Но дополнительные риски создают воздушно-капельный путь передачи, высокая скорость мутаций, репликации.

Да и сам человек способствует пандемиям. Тут и перемещение людей по миру, и вырубка лесов, и разведение диких животных на фермах ради мяса и меха, и широкое использование пестицидов, антибиотиков, глобальная урбанизация, высокая плотность населения, изменение климата.

В мире реализуют несколько программ, направленных на исследование и предотвращение вирусных инфекций. В России есть “Санитарный щит” Роспотребнадзора. В США до недавних пор была программа по открытию и изучению новых вирусных зоонозных инфекций с большим эпидемическим потенциалом (DEEP VZN). Однако из соображений биобезопасности ее закрыли в сентябре прошлого года.

Международная инициатива — CEPI — призвана бороться с пандемиями посредством быстрой разработки вакцин. Научный журналист из этой организации Кейт Келланд описала перспективы в книге “Болезнь Х: 100 дней на то, чтобы закончить пандемию”. При COVID-19 на выпуск первой вакцины ушло 326 дней. Можно ли сократить срок до трех с небольшим месяцев? Автор приходит к выводу, что если половину работы выполнить заранее, в частности подготовить вакцинные библиотеки (против одного-двух вирусов из каждого семейства) и локализовать мощности по производству там, где их не хватает, то цель вполне достижима.